«Митрофанова, компоту хочешь?»

В качестве заголовка мы использовали фразу из культового фильма «Добро пожаловать, или Посторонним вход воспрещен» – его сюжет о пионерском лагере. Дети Одинцовского округа этим летом отправятся в оздоровительные лагеря. Кто-то поближе – в Подмосковье, а кто-то и к теплым морям. «НЕДЕЛЯ» поинтересовалась у взрослых одинцовцев, чем им запомнились ДОЛы тех лет, пионерские лагеря? От одного только этого вопроса на лицах наших респондентов появлялись улыбки. Так бывает, когда вспоминаешь что-то очень светлое.

Ольга Алексеенкова: «Пионерлагерь дал мне профессию»

– Я уроженка Казахстана. Мама уехала туда, спасаясь от страшного поволжского голода, и выжила. В 1945 году родилась я. У меня о пионерлагерях самые светлые воспоминания. Все дружили, всегда помогали друг другу, не предавали, даже если кто-то набедокурил. Ну а самое главное – нас приучали к дисциплине и труду. Мы дежурили, помогали на кухне. Кормили неплохо, хотя разносолов не было. Еда самая простая, но и голодными мы не были. Обычное четырехразовое питание, с полдником. Всегда можно было попросить добавки – уж половинку половника повара не жалели. Я, всего лишь пятиклассница, уже могла работать вожатой в лагере! У первоклассников. И это мне так понравилось, что определило выбор профессии – я окончила педвуз, была пионервожатой и в школе, и в пионерских лагерях в Казахстане и Крыму, работала учителем русского языка и литературы. С детьми проработала 30 лет, 40 лет назад переехала в Одинцово.

Конечно, пионерлагеря в Казахстане были попроще, не такие роскошные, как в Крыму, где одно только море чего стоит! У нас даже речки рядом не было, нам грели воду для душа. Но какая же светлая, чистая атмосфера дружбы царила в наших лагерях! Вечерами мы жгли костры, пели песни, читали стихи. Игры, конкурсы, спорт, кружки. Нам выделяли автобусы, возили с экскурсиями по соседним городам, показывали кино. Я вспоминаю эти годы, как самые счастливые. Не могу сказать, что сейчас детям хуже. У них тоже есть детские оздоровительные лагеря, туда ездили внуки, у меня их пятеро, один правнук. Но мне почему-то кажется, что такого счастья, как у нас, у них все же нет.

А с седьмого класса мы участвовали в хлопковой кампании. Сейчас всякое можно услышать – вроде это как эксплуатация детского труда. А нам и в голову такое не приходило, мы просто жили в одной большой стране и считали, что должны помогать взрослым. Так было заведено. Ничего особо сложного в этой работе не было. Осенью, когда начинались занятия в школе, ребята помладше отправлялись на неделю-другую на сбор хлопка, а старшеклассники могли и на месяц уехать. Жили мы в лагерях труда и отдыха, проводили время очень весело. Днем работа, но вечер – наш! В общем-то, на нашу работу смотрели снисходительно. Если кто-то отлынивал, потихоньку загорал где-то в укромном месте возле арыка, ну что ж…

Но были у нас ребята, которые зарабатывали на хлопке, ведь за сбор платили. Миллионером, конечно, не станешь, но что-то купить, о чем мечталось, получалось. Часики девочке, велосипед мальчишке. Казахстан – прекрасная страна, замечательный добрый народ, который принял у себя множество волн переселенцев, бежавших и от голода, и от войны. Были и репрессированные народы, всем находился и кров, и кусок лепешки и пиала чая. А в результате там получился настоящий интернационал: казахи, русские, узбеки, татары, греки, евреи, ну кого только не было. И никакой национальной розни, все жили душа в душу. Я бы с большим удовольствием съездила туда, в родные для меня края. Город Туркестан, на полпути между Кызылордой и Ташкентом. Здесь самая вкусная артезианская вода.

Алексей Найденкин: «Самые добрые воспитатели»

– Я ездил в Мелитополь на Азовское море два раза и два раза в Ленинградскую область. Было классно. В Мелитополе было очень жарко, и помню, как местный житель дядя Вася, работавший в лагере, купил за свои деньги бочку вкуснейшего холодного кваса и привез детей поить. Вечерние дискотеки – под открытым небом. Мы там пережили налет мошкары и налет саранчи – прятались от них в двухэтажных корпусах. Уезжать настолько не хотелось, что все плакали. Сначала не хотели в лагерь ехать, а отбыв смену, не хотели уезжать.

В Ленинградской области сосны, такой бор красивый, воздух пах смолой. В «Зарницу» играли. Тогда только-только появились видеоклубы, и нам устраивали показы. До сих пор помню «Корабль-призрак», по тем временам что-то невероятное. И вот ведь люди везде одинаковые – хоть на Украине, хоть под Ленинградом: воспитательница устраивала детям «второй ужин» за свой счет, ездила в город, покупала нам фрукты.

Пионерия? Не напрягала, ну горны, барабаны. Сейчас вот смотрю, думаю, вернуться бы в то время… А невозможно. Сын ездил в лагеря. Точно так же, как и я, сначала не хотел, а потом приехал в восторге. Хуже в детских оздоровительных лагерях не стало, просто поменялись интересы детей, это естественно. У нас была беготня, грамоты получали, самодеятельность, конкурсы, делали «комнату смеха», «комнату страха» – у какого отряда лучше идеи напугать и рассмешить. А сейчас гаджеты эти все… Отнять нельзя – как же маме звонить? А ты напиши письмо, как мы. Я, помню, написал, и две жвачки в конверт вложил маме. Дурак! Не дошло письмо, ясное дело.

Валерий Хомутов: «Пионерлагерь «Маяк» всё Одинцово знает!»

– В пионерские лагеря ездили не все. Многие сельские ребята летом оставались дома, родителям помогали, по хозяйству работали. В детстве я в пионерских лагерях не был, а вот когда окончил ремесленное училище, получил путевку в спортивно-оздоровительный лагерь «Белые берега», в Брянской области. Прекрасно было, хотя там со мной история приключилась. Мы с приятелем смотались «в самоволку» покупаться. Искупались, да так, что друг друга и лагерь потеряли. Я в одних плавках и не могу понять, куда идти, лес кругом. Комарье начало заедать, вечереет, а я все не могу сообразить, в какую же мне сторону идти. Выручил духовой оркестр – он у нас играл вечерами на танцах. Я на звук и вышел. Там много всякого еще было. Как-то грянула гроза с таким ливнем, что все палатки и матрасы насквозь, сушили потом. В лагере всего одно каменное здание было, столовая, а так мы жили в палатках.

А на пионерский лагерь и его работу я посмотрел уже взрослым, в Евпатории. Это «Маяк», его знает вся Власиха и половина Одинцово. Он принадлежал РВСН, и почти все наши дети там побывали. Я в семидесятые годы летом устраивался туда на работу, и при этом получал путевку на ребенка, что было очень удобно. Даже зарплату платили, небольшую, правда, но тут ты и на море, и ребенок близко, и при заработке. Во время Московской олимпиады аж две смены провели в «Маяке». Приехали загорелые, как из Африки, накупались, отдохнули. Я там и водителем работал, и с медсестрой на скорой помощи дежурил, в роли спасателя был, когда дети купались. И ремонтом занимался. В лагере все время что-то ломается, то кровати, то электрика, мужские руки нужны. Очень хорошее место. Дети были очень довольны, хотя в лагере режим и порядок. А какие праздники, один «День Нептуна» чего стоил! Мы даже года два назад приезжали в Евпаторию по старой памяти, но была эпидемия ковида – народу мало. А вода в море чистейшая.

Юным путешественникам открыты все дороги

Надеемся, что нашим читателям тоже есть что вспомнить о пионерских лагерях. Но детский туризм – это не только ДОЛы. В 2022 году Московская область стала первым российским регионом, в котором начали в электронном виде реализовывать госуслугу «поездки школьников по социальным сертификатам», Подмосковье заняло первое место среди субъектов Российской Федерации по количеству принявших участие в проекте, сообщает пресс-служба Министерства культуры и туризма Подмосковья.

Более 22 тысяч школьников Подмосковья совершили туристические поездки по программе «социального заказа в сфере туризма» в прошлом году. В течение 2023 года количество ребят в проекте увеличится практически в два раза и превысит 40 тысяч. Более 280 миллионов рублей из федерального и регионального бюджетов в этом году будут направлены на поддержку организации путешествий для юных жителей.

Школьники Подмосковья в рамках программы побывают в самых интересных местах региона. По итогам 2022 года лидерами по посещаемости стали Коломенский кремль, усадьба «Абрамцево», Звенигородский Государственный музей-заповедник, музейный выставочный комплекс «Новый Иерусалим», Воскресенский Ново-Иерусалимский монастырь и Свято-Троицкая Сергиева лавра. Всего в рамках школьного образовательного туризма по социальному сертификату ребятам доступны свыше 100 объектов на территории Московской области.