ОИЦ — Новости округа

На крыше вагона лежат дымящиеся останки подростка. Полчаса назад он весело орал, матерился, снимал видео, которым собирался похвастаться перед друзьями. Такими же лоботрясами, как и сам, намеревался вывесить свои ролики в социальных сетях. Поезд остановлен, спасатели по приставной лестнице взбираются наверх…

Текст Александр ЛЫЧАГИН, фото Евгения ДЁМИНА

Кураж, адреналин, ощущение собственного вызывающего геройства! Но одно неверное прикосновение — и от жизни зацепера ничего не осталось, кроме тела. Обезображенного, выжженного до угольной черноты. Рабочее напряжение электропоездов — 25 киловольт, в 10 раз больше, чем у электрического стула. Случается, что кому-то «везёт» после страшного удара улететь с вагонной крыши и чудом остаться в живых. Но с такими травмами, культяшками конечностей, обезображенными лицами, что всю оставшуюся жизнь корят себя за собственную невероятную глупость.

А кого винить? Родителей, от которых скрывал свои «развлечения»? Учителей, которые каждый год на уроках о важном пытаются вдолбить прописные истины в головы несовершеннолетних искателей приключений?

После каждого такого кошмара железной дорогой проводятся акции с участием прессы, телевидения, полиции и прокуратуры. Это что-то вроде поминального ритуала с раздачей листовок против зацепинга и призывами соблюдать осторожность на железной дороге. На этот раз мы собрались на Санаторной, платформе на границе Одинцовского и Рузского округов. Она — одна из самых опасных, платформы разнесены и изогнуты, видимость ограничена. Здесь и переходить пути требуется с осторожностью, ну, а то, что изгиб мешает увидеть локомотивной бригаде момент проникновения этих... (давайте уж без излишнего политеса, прямыми словами) идиотов, делает её популярной в данной среде.

Юлия Коженкова, специалист по охране труда РЖД, рассказывает, что необходимость заставила железнодорожников оснастить электропоезда не только внутренним видеонаблюдением, но и внешним. Камеры передают машинистам картинки с крыш, есть и боковой обзор. Вот только даже заметив вторжение, бригада не может затормозить. По правилам, поезд должен подъехать к станции, где нарушителей встретит оповещённый железнодорожниками наряд полиции. Если будет кого встречать, конечно – для снятия тел нужны спасатели, лестница и спецтранспорт морга.

Заместитель прокурора Московско-Смоленской транспортной прокуратуры Евгений Наговицын рассказывает о мерах ответственности за железнодорожные правонарушения: переход путей в неположенном месте либо хождение по путям — штраф до 1500 рублей по ст. 5.1 КоАП РФ, «зацепинг», или на языке Кодекса, «посадка или высадка граждан на ходу поезда либо проезд на подножках, крышах вагонов или в других, не приспособленных для проезда пассажиров местах, а равно самовольная без надобности остановка поезда либо самовольный проезд в грузовом поезде» – штраф до 4000 рублей по ст. 11.17 КоАП.

В случае совершения более тяжких проступков — расцепка вагонов, повреждение имущества, подброс на пути предметов — статьи 267 и 268 УК РФ. А это уже судимость, штраф от 150 до 300 тысяч рублей, либо заключение до трех лет.

И в любом случае несовершеннолетнего поставят на учёт в ИДН, он получит официальное административное предупреждение, а в отношении родителей возбуждается дело по статье 5.35 КоАП РФ: «Неисполнение или ненадлежащее исполнение родителями или иными законными представителями несовершеннолетних обязанностей по содержанию, воспитанию, обучению, защите прав и интересов несовершеннолетних». Штраф от 500 до 2000 рублей.

Отметим, что выглядит всё это, конечно, не слишком грозно, есть голоса, требующие повысить ответственность по данным статьям. Но в любом случае родителям похороны обошлись бы куда дороже, и, получив такой штраф, им стоит благодарить тех, кто подростков обнаружил и привёл в полицию — по сути, уберёг от страшной смерти.

Роза Белоусова, инспектор по делам несовершеннолетних линейного отдела Москва-Белорусская, рассказывает, что задержать с поличным зацеперов удаётся не часто, они стараются убегать, чтобы не быть пойманными. Но, даже если задержания не произошло, безнаказанными такие поступки не остаются. Есть способы установить данные подростков, несмотря на то, что те основательно шифруются – носят куртки с капюшонами, заматывают головы балаклавами, для регистрации в соцсетях покупают телефонные симки соседних государств (данная возможность, правда, этим летом была перекрыта). Через одного пойманного часто можно найти остальных, поскольку зацеперы ведут фото и видеосъемку, выкладывают в соцсети. Без этого для них «эффект не тот», нечем хвастаться. Мониторинг соцсетей ведется полицией постоянно, телефоны проверяются по всем возможным чатам и каналам. На днях выловили двоих, проверка позволила вычислить всех остальных, оказалось, что в группе их семеро. Дальше уже дело техники установить школу, конкретных подростков, их родителей. Но, к сожалению, статистика неутешительная. В прошлом году на нашей «Белке», как называют Белорусскую железную дорогу, была лишь одна смерть ребенка, да и то по случайности, невнимательности, он не увидел приближающегося поезда. В этом году погибло шесть детей, четверо — зацеперы. В конце августа – два смертельных случая за неделю, мальчики 12 и 13 лет.

Дмитрий Птицын, главный инспектор Управления транспорта, дорожной инфраструктуры и безопасности дорожного движения администрации Одинцовского округа, рассказал о мерах, предпринимаемых муниципальными властями для обеспечения безопасности на железной дороге. Управление образования ведёт работу в школах и детских садах, на станции Кубинка будет строиться забор, ограждающий железную дорогу, на опасных участках поставлены четыре камеры фотовидеофиксации в Отрадном и Немчиновке, на очереди – Малые Вязёмы и Пионерская. Делается это не на муниципальной территории, а в полосе отвода железной дороги, поэтому приходится изыскивать внебюджетные средства. Территория, земля — не округа, но люди, чья безопасность под угрозой, — наши.