Вредная птица – долбодятел

Текст: Георгий Янс

В воздухе витает идея введения нового штрафа. На долбодятлов. Долбодятел – смягчённый вариант более точного, но обсценного слова. Из сути предложенной инициативы будет понятно, почему здесь наиболее точно именно оно.

Итак, штраф на долбодятлов. Предлагает он что-то запретить – плати в казну. Ещё раз предложил – снова плати.

Думаю, имена долбодятлов хорошо известны. Их не так уж и много, но атмосферу портят знатно.

В первых рядах этой птичьей породы серийный «правдоруб» Виталий Бородин.

Этот господин полагает, что «итальянская лепешка с кетчупом» является символом недружественной нам Италии. Один блогер справедливо заметил: «Этот общественный деятель, который так радеет за всё родное, катается на японском автомобиле Toyota Alphard... Пицца, значит, оставляет недружественное итальянское привкусие, а вот японский автомобиль, принадлежащий Бородину, оказывается, не бросает никакой тени на откровенно не лояльную к нам страну Восходящего Солнца. На многих видео господин Бородин ратует против коварного иноземного покусительства в спортивном костюме Under Armour. То есть американский бренд, эмблема которого на одежде Бородина, не стесняет его амплуа «русского патриота» и борца за правду?»

Не отстаёт от него, а, может быть, даже и опережает депутат Госдумы Алексей Журавлёв. Судя по всему, он существует в состоянии непреходящего ресентимента. Это сложное, хроническое состояние, сочетающее подавленную зависть, невыраженную агрессию, обиду и чувство бессилия перед лицом чужого успеха, превосходства или несправедливости.

Изучение английского языка в российских школах является «ползучим подчинением Западу», – заявил Журавлев. По его мнению, преподавание иностранных языков с детства навязывает россиянам чужую культуру и геополитические ориентиры.

Казалось бы, какой смысл обсуждать подобный бред? Но ведь его транслируют по федеральным каналам, формируя возможный запретный тренд.

Нездоровое оживление у запретителей вызвало и проведение рейва в Российской государственной библиотеке (бывшей Ленинке). Рейв – это массовая танцевальная вечеринка с электронной музыкой и световыми эффектами. Это целое культурное явление со своей историей и жанровым разнообразием.

Инициатор – сама библиотека, которая назвала «Литрейв» не разрушением традиций, а поиском новых форм взаимодействия с читателем. Можно соглашаться или не соглашаться с таким форматом работы, но не надо тут же бросаться запрещать. Как это пытались сделать некоторые «охранители традиционных ценностей».

Долгие годы библиотеки представляли из себя склады хранения литературы. В последние годы на всех библиотечных уровнях стали искать новые формы работы. И народ потянулся в библиотеку, потому что в ней теперь можно не только взять книгу, но и провести досуг. И кто-то заново откроет для себя книгу.

Именно ради этого Ленинка и затеяла свой рейв.

«Было более трёх тысяч человек, вход по читательским билетам через турникеты. Ни одного инцидента не зафиксировано. Площадка сдана в сохранности», — заявило по итогам мероприятия издательство «Эксмо», являясь одним из организаторов рейва.

Своей «крышей» запретители выбрали патриотизм, защиту традиционных ценностей, борьбу с недружественными государствами.

В «числителе» подобной публичной позиции – лакейство, желание выслужиться, словить хайп. Её её общий «знаменатель» – непорядочность.

На мой взгляд, порядочность – главная человеческая ценность. Всё остальное – производные. Для интереса перечитайте список традиционных ценностей в указе президента. Существование ни одной из них невозможно без человеческой порядочности.

Кстати, штрафы на долбодятлов предлагаю направлять в ЖКХ. Отрасль это не спасёт, но хоть какая-то польза от них всё же обозначится.

А дела в коммунальном хозяйстве действительно швах.

Полгода назад глава Минстроя Ирек Файзуллин заявлял, что более 40% коммунальных сетей в России нуждаются в замене, а в отдельных регионах — до 80%. При этом ежегодно в негодность приходит около 2% сетей и только половину из этого удаётся заменить.

Рискну предположить, что за прошедшие полгода, ситуация не улучшилась. Зима ещё толком не началась, а в разных регионах страны уже фиксируются коммунальные аварии.

Что же делать? У чиновников рецепт один – поглубже залезть в карман потребителя.

Всё тот же Минстрой России предложил ввести специальные надбавки к тарифам на отопление, водоснабжение и водоотведение и направлять их на капитальный ремонт изношенных коммунальных сетей и котельных. Жилищно-коммунальное ведомство не скрывает, что действующих тарифов во многих регионах хватает лишь на поддержание работы коммунальной инфраструктуры, но не на замену изношенного оборудования. И предлагает передать регионам право самим устанавливать индексы роста коммунальных платежей и разрешить включать в тарифы все расходы снабжающих организаций. В отдельных случаях губернаторы также смогут запрашивать дополнительное повышение тарифов.

Нетрудно догадаться, за чей счёт пройдёт банкет. Поэтому неплохо бы поинтересоваться мнением тех, кто будет его оплачивать. Для этого есть отличный способ – референдум. Но это не наш путь – последний российский референдум состоялся 33 года назад.

Далеко не все страны позволяют своим гражданам непосредственно — через референдумы — принимать решения по любым вопросам. А если посмотреть на количество и частоту таких голосований, становится ясно, что на самом деле в мире всего одна страна, для которой провести референдум как в магазин сходить, – Швейцария.

Там голосовали и за «воскресенья без автомобилей», и против госмонополии на спички, и против адвокатов для животных. Конечно, некоторым покажется смешным любой вопрос решать плебисцитом. Но ведь система референдумов работает. Изучив данные за 50 лет, специалисты видят, что повестка там больше отражает заботы населения, чем в других странах. В Швейцарии «практически не бывает законов, принятых без согласия большинства, а крайне непопулярную меру легче заблокировать.

Под покровом классики

«Во всяком благоустроенном обществе по штатам полагаются: воры, неисправные арендаторы, доносчики, издатели «Помой», прелюбодеи, кровосмесители, лицемеры, клеветники, грабители. А прочее все — утопия».

Михаил Салтыков-Щедрин, писатель

Фото из открытых источников