Игумен земли Звенигородской

В празднование второго обретения и перенесения мощей преподобного Саввы Сторожевского 23 августа Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл посетил Саввино-Сторожевский ставропигиальный мужской монастырь. В этом году отмечается и 30-летие возрождения поруганной в богоборческое время обители. Предстоятель Руссой Православной церкви поклонился мощам звенигородского святого, покоящимся в древнем соборе Рождества Пресвятой Богородицы. К нынешнему празднику мощи были помещены в новую серебряную раку, точную копию той, где они находились до революционного осквернения.

Текст Тамара СЕМЁНОВА, фото Валерий ЖУКОВ

Кстати, самая первая рака, куда в год 600-летия обители были перенесены мощи Преподобного из Свято-Данилова монастыря, была установлена при активном участии вице-мэра Звенигорода Вячеслава Игумнова, до избрания на эту должность работавшего ответственным секретарём Одинцовской районной газеты «Новые рубежи». Вячеслава Владимировича уже нет с нами, но в семье бережно хранится памятная грамота от Святейшего Патриарха Алексия как его благословение и благодарность «за участие в возрождении Саввино-Сторожевской обители и усердные труды во славу Святой Церкви». Он и возглавил последний этап крестного хода в городе до самой обители, показывая (и обретая!) «дорогу к храму»… Грамота датирована 22 августа 1998 года.

На престоле, установленном  на монастырской площади, при большом стечении верующих Святейший Патриарх Кирилл возглавил Божественную литургию. На богослужении присутствовали депутат Государственной Думы, староста Патриаршего Успенского собора Московского Кремля Н.Ю.Чаплин, вице-губернатор Московской области – руководитель администрации губернатора Московской области   А.А.Чупряков, глава Одинцовского округа Андрей Иванов, генеральный директор АО «Газпром-Медиа Холдинг» А.А.Жаров и другие почётные гости. По окончании литургии Патриарх совершил славление преподобному Савве Сторожевскому у иконы святого. Поблагодарив наместника монастыря архимандрита Стефана (Тараканова) за труды на благо Святой Церкви, Патриарх вручил ему наперсный крест. В дар обители Патриарх Кирилл передал старинный образ равноапостольных Кирилла и Мефодия. А каждому насельнику монастыря – свою книгу «Жизнь по вере». Всем участникам богослужения были вручены иконки преподобного Саввы с Патриаршим благословением. 

К лику святых Савва был причислен в 1547 году. У его обители уникальная история, в которой летописно и по преданиям собраны великие российские имена и события. Даже для простого их перечисления газетный формат ничтожно мал. Но основные вспомнить надо. «Обитель на сторожах» появилась в конце 14 века (!398 год) на горе Стороже у впадения реки Сторожки в Москва-реку. Эти «тихие берега» увековечены в стихотворении Пушкина, посвященном монастырю. Пушкин также перевёл с церковно-славянского на русский язык «Житие преподобного Саввы Сторожевского». Савва был одним из ближайших учеников нашего великого Сергия Радонежского, а монастырь основал по просьбе Звенигородского князя Юрия – второго сына знаменитого Московского князя Дмитрия Донского. 

Для росписи монастырских храмов был приглашён молодой иконописец Андрей Рублёв. По благословению Саввы он создал уникальный Звенигородский чин, часть которого была найдена в 1918-1919 годах на Городке, включая знаменитый «Спас Звенигородский» («Русский Спас»), ныне он в Третьяковской галерее. Специалисты спорят о возможном благословении Преподобного на создание Рублёвской Троицы – есть и такое предположение.

Самое большое (а скорее, самое известное, многократно растиражированное) чудо, явленное святым, связано с наполеоновским генералом, вице-королём Италии Евгении Богарне. Единственным сыном первой жены Наполеона Жозефины Богарне. В 1812 году обитель была разрушена французами. Уцелел только Рождественский собор. Расположившемуся на ночлег в царском дворце Богарне явился Преподобный и пообещал, что если он не тронет его мощи, то вернётся с войны живым и невредимым. Всё так и произошло. Потрясённый генерал исполнил условие и единственный из наполеоновских военоначальников не только остался жив, но не был даже ранен. В 1839 году в Саввино-Сторжевский монастырь приезжал его сын, герцог Максимилиан Лейхтенбергский вместе с императором Николаем Первым и его дочерью Марией Николаевной. В том же году герцог принял православие, женился на Марии Николаевне и остался жить в России. Во всяком случае, всё это сообщает интернет.

Но по неопровержимым документальным свидетельствам монастырь был любимой обителью русских царей. Преподобного Савву почитали как «молитвенника о царях Богоизбранных». В тексте одного праздничного богослужения, составленного в 16 веке, есть о нём такие слова: «Забрало Москве, укрепление царства, всем сирым прибежище». Для царя Алекея Михайловича обитель считалась «собственным государевым богомольем». А его сын великий Пётр Первый впервые побывал в Саввином монастыре в три года. В более осознанном детстве пел здесь на клиросе. По легенде, он также приезжал сюда за благословением перед Полтавской битвой и получил в напутствие небольшую медную иконку святого. В сражении её сплющила шведская пуля, что и спасло Петра.

Паломничество в Звенигород к Преподобному совершали императрицы Елизавета и дважды Екатерина Вторая, неоднократно здесь молился Александр Второй. Объявившие себя царственными потомками оба самозванца Лжедмитрии – первый и второй –грабили Москву и Звенигородскую округу с монастырём. То же самое на совести войска польского королевича Владислава. Но это чужестранцы, враги. А что произошло с нами, когда с революционным остервенением мы крушили свою многовековую духовность, неповторимую красоту церквей и монастырей, глумились над иконами, останками почитаемых народных  праведников  и чудотворными (!) мощами святых. Жгли, взрывали, сбрасывали со звонниц колокола и по-обезъяньи крушили кресты. При этом нередко кроме небесной «заслуженной» кары получали прощение и заступничество дико, жестоко оскорблённых святых. Во время Великой Отечественной войны на территорию закрытого в азарте безумного рывка к свободе и новой жизни Саввино-Сторожевского монастыря не упало ни одного снаряда, осколка или шальной пули. А зимой 1941-1942 года линия фронта проходила в трех километрах от обители. Но здесь были госпитали, и Савва охранял проливших кровь за свою землю. Так считали даже военные в солидных погонах. 

Не мстил за свои осквернённые мощи, которые волею особого случая на серебряном блюде (!) передали на Лубянке в 20-е годы сотруднику Исторического музея верующему гражданину Успенскому. Блюдо приказано было «пристроить» в музей, что он и сделал, а по поводу мощей был намёк делать с ними, что он хочет. И семья Успенских, у которых в Звенигороде была дача, долгие годы хранила, прятала и перепрятывала святыню. А дождавшись уже не расстрельных за веру времён, передала святые останки в Свято-Данилов столичный монастырь. Подробности этой поистине детективной, рискованной истории стоит прочитать. А дни празднования 600-летия Саввино-Сторожевского монастыря от Свято-Данилова двинулся особый крестный ход в Звенигород – в город своего служения и прославления возвращался Преподобный Савва. От храма к храму, под колокольный звон и молитвенное пение. Под непритворную радость и даже неожиданные слёзы многолюдно толпившихся вдоль этого блистательного шествия его земляков. Теперь он снова с ними, с нами. В радости и непоправимом горе. Как в августе 2000 года, когда погибли моряки атомной подводной лодки «Курск». На вторую неделю после катастрофы президент России Владимир Путин встретился с родными подводников в гарнизонном Доме офицеров в Видяево – 22 августа. В Звенигороде как раз служил Патриарх Алексий. Был красивый день, красивая служба, и в храме, и во дворе обители не протолкнуться. И вдруг вижу, что к Патриарху подходит кто-то из священников в алтаре, и он тут же быстро покидает Рождественский храм. Келейник тогдашнего настоятеля, к которому мы, журналисты, бросились с вопросами, прошептал, что Путин только что вернулся из Видяево и первым делом позвонил Патриарху. Можно только представить, какой чёрный камень был у него на душе после ада женского и родительского горя. И не нужно сомневаться, что Преподобный Савва понимал всё и помогал Патриарху в этом телефонном разговоре. Тем более в день своей памяти…