Школа была так себе, средняя…

Текст: Тамара Семёнова

В рамках пилотного проекта российское высшее образование переходит на новую модель. В этом поворотном эксперименте принимает активное участие научное сообщество страны. И не только. В недавнем открытом экспертном диалоге «Высшее образование в новую технологическую эпоху» приняли участие замглавы администрации президента Максим Орешкин, вице-премьер Дмитрий Чернышенко, министр науки и высшего образования Валерий Фальков и глава Минтруда Антон Котяков. Увы, средняя школа пока что остаётся без такого высокопоставленного внимания, по сути – без «образа и подобия».

Репетиторская параллель и цена бесплатного шанса

Этой весной услуги репетиторов выросли более чем в полтора раза, а цены на самые «провальные» школьные предметы (физика, математика) подскочили на 25-30 процентов. Подготовка одного семейного «недоросля» к ЕГЭ по трём предметам может обойтись целеустремлённым платёжеспособным родителям около миллиона, а то и выше этой цифры с шестью нулями. Полная стоимость подготовительного курса по трём предметам – от 500 тысяч до 1,3 миллиона рублей, что эквивалентно одному-двум годам платного обучения в вузе.

По данным сервиса «Профи.ру», в январе-апреле 2026 года спрос на подготовку к экзаменам вырос на 54 процента по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Подготовка к ЕГЭ для поступления в топ-вузы, как правило, занимает два года. Если занятия проходят два раза в неделю, общее количество уроков достигает более 170, а средняя стоимость одного занятия сейчас около 2500 рублей. Таким образом, на подготовку к ЕГЭ по одному предмету можно затратить примерно около 400 с лишним тысяч рублей.

Что же касается бюджетных мест, то в рамках пилотного проекта по переходу на новую модель высшего образования изменились правила приёма. Это касается количества олимпиад, победителей и призёров, которых Физтех как участник эксперимента принимал без экзаменов. Теперь этот вуз сократил число таких олимпиад из перечня Российского союза ректоров, чтобы поддерживать баланс между олимпиадниками и теми, кто претендует на бесплатное обучение по результатам ЕГЭ.

«Ломоносов» против Силиконовой долины

Рассматривается также инициатива заменить дипломные работы в вузах на устные экзамены из-за активного использования студентами искусственного интеллекта. «В Физтехе оценка текста, что собственно и ставится под сомнение из-за ИИ, никогда не была значимой с точки зрения присвоения выпускнику квалификации, – комментирует нововведение ректор МФТИ Дмитрий Ливанов. – Для нас всегда первично проведение исследований студентом и последующая защита проекта. И публичное обсуждение с комиссией результатов этого исследования. А сам текст, описывающий эти результаты, скорее, просто дополнение. С этой точки зрения широкое применение технологий ИИ ничего не меняет. Если студент, используя ИИ, сделает текст своей работы более четким и ясным, мы только за».

Недавно премьер-министр Михаил Мишустин обсудил с ректором МГУ Виктором Садовничим, как продвигается новая модель высшего образования, предполагающая возвращение к традиционной базовой подготовке специалистов. Это не может решаться без участия профессионального сообщества, без учёта мнения именно руководителей вузов, профессуры. МГУ реализует сразу несколько важных проектов. В 2024 году здесь была образована передовая инженерная школа (ПИШ), для которой специально выделили здание. Школа объединяет семь факультетов. Крупный проект МГУ связан с развитием искусственного интеллекта. Вуз открыл отдельный факультет, и в этом году здесь состоится первый набор бакалавров и магистров. Кроме того, при университете создан центр искусственного интеллекта, и в его работу включились десятки крупнейших факультетов. Особого внимания заслуживает кластер «Ломоносов» – российский аналог Силиконовой долины. Это идея самого ректора – сделать лучше, чем в США. В нашей «долине» уже работают 300 компаний, их доход за прошлый год составил 90 миллиардов рублей.

А что же Министерство образования? Оказывается, оно поручило 17 вузам – участникам пилотного проекта – разработать и обсудить систему укрупнения учебных стандартов. Сделать их 15 вместо 58. У научного сообщества, отметил Садовничий, возглавляющий Союз ректоров, эта инициатива вызвала много вопросов: «Мне пришло около 20 писем ведущих ученых, которые просят внимательно отнестись к этому вопросу и вместе найти оптимальное решение». В результате создана большая группа из бывших федеральных учебных методических объединений, которая помогает участвующим в «пилоте» вузам. «Все возможные решения требуют обсуждения, и все решения будут приниматься с учётом мнения учёных», – подчёркивает ректор МГУ.

Выдохнуть – и спиной к стене

По логике вещей напрашивается вопрос, может, и по поводу средней школы стоит наконец-то создать аналогичную группу? Чтобы инициативы Министерства образования, аккуратно тиражируемые в федеральных СМИ, не производили впечатления камешков, бросаемых в «тихий омут» болотной застойной обречённости? Никаких резонансных кругов на воде, булькнул камешек – и нет его. Но в плане имитации активной деятельности – афишированная галочка, публично заявленный плюс. Одного чего только стоят разосланные в регионы новые правила разрешения конфликтов с учениками. Школы получили две важные инструкции. Первая – для директоров. Это регламент, расписанный буквально по дням, как действовать в результате конфликта учителя и учеников, учеников между собой и учителей – друг с другом. Вторая инструкция – для учителей, которые столкнулись с агрессией ученика в классе. Вот один из министерских советов из пункта «Правила педагога»: «Возьмите паузу на пару секунд, сделайте вдох и выдох, займите устойчивую позу, коснитесь спиной опоры»… А как быть с агрессией школьника, которая может сопровождаться ножом или пулями? А про такие случаи, считают в Министерстве (и находят поддержку!) не надо публично сообщать. «Надо срочно прекратить доводить видео и фотоматериалы каждого нападения в школе во всех подробностях в СМИ,– считает Татьяна Буцкая, первый зампред Комитета Госдумы по защите семьи, вопросам отцовства и материнства и детства. – Пока это продолжается, мы провоцируем повторение трагедий. Мы призываем СМИ к самоцензуре, особенно если речь идёт о кадрах, где школьник идёт с оружием наперевес»…

«Пока это продолжается»…

А как же преодолеть нашу страшную реальность, когда учителя можно не только матом послать, но и вообще убить? Самоцензура, как и официальная цензура, прервёт это «пока»? В апреле одна из центральных газет подчеркнула важность еще одной инициативы Минобразования: «Оценка поведения поможет защитить учителя». «Введение объективной оценки поведения позволит поддержать учителя, а фиксация конкретных фактов нарушений учениками школьных требований снизит необоснованные обвинения в адрес педагога». Так министр просвещения Сергей Кравцов прокомментировал итоги эксперимента по выставлению оценок за поведение, который шёл в течение года в 88 российских школах. Вот, оказывается, как просто этот «ларчик» открывается! Кстати, достойное хорошей оценки поведение ученика предполагает «активное участие в школьных мероприятиях и проектах, в том числе в занятиях «Разговоры о важном», «Россия – мои горизонты». Слишком уж примитивным кажется перенаправление подростка от сформировавшейся решимости нажать на курок на пример для друзей-товарищей или совсем не друзей и не товарищей. Сделав и их своей мишенью.

Подсознательный курс патриотизма

Не было в моей далёкой по времени школе таких бесед и специальных патриотических уроков. Или нравоучительных нотаций, что учителя надо уважать. В начальной школе, когда мои родители-учителя пытались что-то там мне подсказать, это вызывало бурю протеста: «А наша учительница объясняла по-другому!» И с детского сада, как сегодня предлагается, не начиналось общественно-политическое воспитание. Но почему же тогда мы росли искренними патриотами? Несмотря на критику перекосов происходящего нашими отвоевавшими в Великую Отечественную отцами? Почему мы так любили почти всех своих наставников, и пока они были живы, звали их на все встречи одноклассников? Когда всё так опошлилось и измельчало, а ведь у отечественной педагогики великие основы и гениальные основоположники. На днях фрагментарно мелькнуло в СМИ очередное сообщение от нашего министерства. Дескать, что мы всё математика да физика! Ведь пение, рисование и физкультура такие же значимые предметы в формировании личности ученика и надо поднимать их статус. А не так давно состоялась принародная дискуссия заинтересованных лиц о качестве материалов, из которых делают школьные рюкзаки, – важно ведь, чтобы спина у ребёнка не потела. Как будто, простите, ученики носят свой ранец на голом теле… Но даже если мы превознесём пение и рисование над точными науками, даже если будет налажен выпуск «дышащих» рюкзаков, даже если классные руководители и педсоветы начнут вставлять дифференцированные оценки по поведению, провальных проблем школьного образования это никоим образом не коснётся. Как и спорная мера запретить футболки и толстовки с иностранными надписями, что практикуется в школах Томской области. Обоснование: «Противодействие пропаганде противоправного поведения, распространения рисков радикализации, асоциальных идей среди детей и молодёжи». Да, необходимо предостерегать и отводить подростков от невольной пропаганды чужих и опасных деструктивных смыслов. Но таким ли кондовым способом? Неудивительно, что и программы обучения составляются «специалистами, которые были в школе лет 30 назад, отмечают практикующие учителя.

В 2025 году группа российских учителей направила открытое письмо президенту Владимиру Путину с просьбой обратить внимание на трагическую ситуацию в системе школьного образования. Хорошо, что сформировалась сильная параллельная школа репетиторов. Дорого, да, но что было бы с уровнем подготовки у наших выпускников, собирающихся поступать в вуз, без них? И получается, что за проблемы государственного образования расплачиваются состоятельные родители, чтобы их чада в будущем «состоялись».

Конечно, этими поверхностными заметками даже мизерной части недостатков школьного образования не решить. И верно кто-то оригинально заметил, что проблемы образования являются вечными. Во-первых, они вечно актуальны, во-вторых, выглядят безнадёжно неразрешимыми. Но мне больше импонирует другое высказывание: «Образование – это оружие, эффективность которого зависит от того, кто его держит и кого этим оружием хотят ударить». Ну если и не ударить, то хотя бы устоять, отбиться от очень опасных вызовов наших дней…